«По мере обострения холодной войны под подозрение попадали лица, тесно связанные с общественными и политическими деятелями за границей». Раздел о послевоенных репрессиях открывается тем, что их причину выносят вовне: виновата «обострявшаяся холодная война». Но решение сажать за связи с заграницей, распустить Еврейский антифашистский комитет и расстрелять ленинградских руководителей принимала не «холодная война», а конкретная власть внутри страны. Внешняя угроза здесь работает как универсальное оправдание внутреннего террора — приём, к которому учебник прибегает не раз.
